Воскресенье, 16.12.2018, 23:46
Приветствую Вас Гость | RSS
Форма входа
Поиск
Материалы
Photo: 45
Blog: 1
News: 3
Downloads: 26
Publisher: 25

Сайт Людмилы Гармаш

Каталог статей

Главная » Статьи » Статьи Л.В. Гармаш

Творчество русских символистов в оценке Р.В. Иванова-Разумника

Гармаш Людмила Викторовна

г. Харьков (Украина)

 

Творчество русских символистов

в оценке Р.В. Иванова-Разумника

 

Р.В. Иванов-Разумник начал свою деятельность литературного критика в начале XX века, в годы, которые с его легкой руки принято называть Серебряным веком русской поэзии. К этому времени в русской критике произошло разделение на два враждующих лагеря – либеральный и консервативный. Данную ситуацию очень точно охарактеризовала З. Гиппиус в статье «Выбор мешка»[1]: «Литература, журналистика, литераторы у нас тщательно разделены надвое и завязаны в два мешка, на одном написано: "консерваторы", на другом "либералы". Чуть журналист раскроет рот он уже непременно оказывается в котором-нибудь мешке. Есть и такие, которые вольно лезут в мешок, и чувствуют себя там прекрасно, спокойно. Медлительных поощряют толчками. На свободе оставляют пока декадентов, считая их безобидными, для них, мол, закон не писан» [1; 74].

Иванов-Разумник принадлежал к числу тех, кто стремился соединить устоявшиеся традиции народничества и новые эстетические идеи.  Свою позицию он охарактеризовал как «новое народничество» и всячески стремился «добиться синтеза "проповеди и учительства" старой русской литературы, с одной стороны, и творческих течений XX в., с другой» [8; 149]. И хотя сейчас, после переоценки творчества критика современными литературоведами, сложилось мнение, что «"проповеди и учительства" в критических статьях Иванова-Разумника было больше, чем понимания новой эстетики» [5; 21], в свое время высокая оценка критиком произведений русских символистов стала ощутимой поддержкой для молодых авторов, помогая им расширить читательскую аудиторию. Тем более, что доверие читателей к авторитету Иванова-Разумника в начале века было чрезвычайно высоким.

Четверть века в истории русской литературы (1890 – 1915 годы) Р. Иванов-Разумник рассматривает как символистский период: «победа и разложение символизма – в этих словах история русской литературы полутора десятилетий XX века» [3; 37]. По его мнению, именно группа молодых поэтов-символистов стояла у истоков нового большого расцвета русской поэзии, способствовала ее возрождению в начале XX века. Иванов-Разумник подчеркивает, что творчество символистов для него имеет тем большее значение, что его мировоззренческую основу составляет «индивидуализм». Проблема «индивидуализма» была одной из центральных тем философской концепции Иванова-Разумника, она составляла основу «имманентного субъективизма» нового мировоззрения, которое создавал Разумник Васильевич, опираясь на философию И. Канта. Взгляд сквозь призму «имманентного субъективизма» не позволял критику рассматривать историю русской литературы вообще и творчество символистов в частности беспристрастно, определяя специфику критериев оценки художественных произведений и субъективность подхода к тем или иным явлениям литературного процесса.

Критик разделяет историю символизма на два этапа. Среди представителей первого этапа, которых принято было называть декадентами, он выделяет нескольких поэтов – К. Бальмонта, В. Брюсова, Ф. Сологуба, Н. Минского, Д. Мережковского и З. Гиппиус. По мнению Иванова-Разумника, обожествление декадентами собственного «я», отождествление добра и зла и утверждение ими постоянной изменчивости бытия было обусловлено  увлечением философскими идеями Ф.Ницше и влиянием поэзии французских символистов. Чуждым для Иванова-Разумника было превознесение русскими поэтами искусства как высшей ценности, для которой жизнь – всего лишь средство, т.к. в таком случае «жизнь не есть мировой синтез, человек не есть самоцель» [3; 17], что в корне противоречит его мировоззренческой позиции.

Не со всеми символистами Иванов-Разумник сходился во взглядах. Весьма критически он оценивал творчество старших символистов. Отрицательно относился к Д. Мережковскому, называя его романы «холодными» и «обточенными» [3; 35], в то же время в работе «Смысл жизни» он определил талант Ф. Сологуба как «сильный и своеобразный» [4; 10], выступив в качестве пропагандиста творчества автора «Мелкого беса».

Второй этап в литературе начала XX века, по мнению писателя, был ознаменован переходом от бесплодного и даже гибельного воспевания декадентами одиночества к религиозным исканиям символистов. Давая определение символизму, Иванов-Разумник называет его продолжением романтизма, под которым он понимает не столько литературное течение начала XX века, сколько одно из двух магистральных направлений (наряду с реализмом) развития всей европейской литературы. Основой для сближения романтизма и символизма, по мнению критика, является мистическая идея как свойство сознания символистов, которая проявляется в их стремлении проникнуть «за пределы предельного» [3; 24].

К вершинам символистской поэзии Иванов-Разумник относит имена А. Белого, А. Блока и Вяч. Иванова, так как для них символизм является не просто «принципом творчества», но «философией мира, религией жизни, психологией духа» [3; 35]. Именно Иванов-Разумник подчеркнул жизнестроительный характер символизма первого десятилетия XX века: «Символистом, подлинным в своих переживаниях, нельзя было стать, им можно было быть» [3; 27]. Поэзию Вяч. Иванова он противопоставил поэзии Блока и Белого, видя в деятельности и творчестве старшего символиста лишь попытку, оказавшуюся в конце концов нереализованной, превратить свою жизнь в символистскую мистерию. Рационализм Иванова не дал ему, по мысли критика, стать подлинным мистиком, следовательно, и подлинным символистом. Это объясняет, почему в книге Иванова-Разумника «Вершины» рассматриваются произведения только двух символистов – Александра Блока и Андрея Белого.

Настоящим рыцарем символизма называет Иванов-Разумник А. Блока, видя в нем черты пророка, трагедия которого, по мысли писателя, состояла в отказе от поклонения Вечной Женственности и замене мистической любви земной «влюбленностью». Разумник Васильевич подготовил к изданию «Собрание сочинений» А.Блока, отдав этой работе, по его собственным воспоминаниям, целых полтора года жизни. Он также положил начало изучению истории создания незаконченной поэмы А.Блока «Возмездие» в пятом томе «Собрания сочинений» поэта. Известно, что Ивановым-Разумником был предпринят опыт ее реконструкции [9].

Больше всего Иванов-Разумник ценит творчество А. Белого, называя его «подлинным символистом по духу» [3; 31], а величайшим достижением писателя-символиста – роман «Петербург». Долгие годы рукопись романа хранилась в архиве критика в Царском Селе, и только после Великой Отечественной войны она была передана в Пушкинский дом [7].

Иванов-Разумник немало содействовал публикации «Петербурга» сначала в сборниках «Сирин», а потом отдельным изданием. Он же стал первым исследователем романа Андрея Белого. С течением времени некоторые выводы Иванова-Разумника подверглись справедливой критике. Так, Л. Долгополов отмечает, что Белый не стремился (как утверждал критик в книге «Вершины») воплотить в «Петербурге» завершенную, логически выверенную систему идей и взглядов, т.к. это по сути не соответствовало ни намерениям писателя, ни его художественному стилю: «для Белого не существовало ни четких исходных позиций, ни завершения темы. Тема "вырабатывалась” и разрабатывалась постоянно <...>, поэтому любой более или менее определенный отрезок тут следует рассматривать лишь как этап безостановочного пути» [2; 230]. Такой подход свидетельствует о тенденциозности Иванова-Разумника, подходившего к анализу любого литературного произведения с собственной системой критериев и оценок и рассматривавшего весь процесс развития русской литературы с позиций философии «имманентного субъективизма». Как отмечает Е. Иванова, «литература для него оставалась прежде всего  выразительницей некоторых идей, то есть идеологией» [5; 16].

Тесная дружба связывала Андрея Белого и Иванова-Разумника на протяжении долгих лет. Она способствовала  активному сотрудничеству Белого в сборниках «Скифы», участию автора «Петербурга» в учреждении в ноябре 1919 года Вольной философской ассоциации и нашла отражение в обширной переписке писателей, частично опубликованной в книге «Андрей Белый. Проблемы творчества» с предисловием А.В. Лаврова и Д.Е. Максимова и примечаниями А.В. Лаврова [6]. Сам Разумник Васильевич намеревался напечатать эти письма, сопроводив их подробными комментариями, т.к. в них отразилась «летопись жизни и творчества Андрея Белого за двадцать последних лет его жизни, и притом летопись, начинающаяся как раз там, где обрываются тома его воспоминаний» [цит. по: 6; 708].

Закат символизма Иванов-Разумник объясняет с точки зрения, высказанной им в книге «История русской общественной мысли», где он рассматривает историю русской культуры как борьбу интеллигенции с мещанством: символизм был в конце концов побежден мещанством.

Оценка Ивановым-Разумником истории русской литературы вообще и символизма в частности определялась его философскими воззрениями, поэтому была во многом субъективной. Но это не помешало критику выделить основные этапы в развитии русского символизма и стать одним из его первых исследователей. В работах Иванова-Разумника, посвященных символистам, складывается хотя и не бесспорная, но все же довольно точная картина эволюции этого направления на общем фоне развития русской культуры конца XIX - начала XX века.

 

Литература

 

1.      Гиппиус З. Собр. соч.: в 9 т. / З. Гиппиус. Т. 7. М.: Русская книга, 2003. – С. 74-76.

2.      Долгополов Л. Андрей Белый и его роман «Петербург» / Л.К. Долгополов. – Л.: Сов. писатель, 1988. – 416 с.

3.      Иванов-Разумник Р.В. Русская литература XX века (1890 – 1915 гг.) / Р.В. Иванов-Разумник – Петроград: Колос, 1920. – 39 с.

4.      Иванов-Разумник Р.В. О смысле жизни / Р.В. Иванов-Разумник. – 2-е изд. – СПб., 1910. – 145 с.

5.      Иванова Е. Литературная критика в газетах и журналах начала XX века / Е. Иванова. // Критика начала XX века / Авт.-сост. Е.В.Иванова. М.: АСТ: Олимп, 2002. С.3-28.

6.      Из писем Андрея Белого к Иванову-Разумнику // Андрей Белый: Проблемы творчества: Статьи, воспоминания, публикации / Сост. Ст. Лесневский, Ал. Михайлов. – М.: Сов. писатель, 1988. – С. 707-749.

7.      Максимов Д. Е. Спасенный архив / Д.Е. Максимов. // Огонек. 1982. № 49. С. 19.

8.      Петрова М.Г. Эстетика позднего народничества / М.Г. Петрова. // Литературно-эстетические концепции в России конца XIX начала XX в. / Отв.ред. Б.А.Бялик. М.: Наука, 1975. С. 116-170.

9.      Скворцова Н.В. Р.В. Разумник: опыт реконструкции и продолжения II главы Александра Блока «Возмездие» / Н.В. Скворцова. // Иванов-Разумник. Личность. Творчество. Роль в культуре. Публикации и исследования / Ред.-сост. В.Г.Белоус. – Вып. 2. – СПб., 1998. – С. 7-18.




Статья опубликована в сборнике:          Два века русской критики. Материалы Международной научной конференции, посвященной 200-летию со дня рождения В.Г. Белинского. – Харьков: ЧПИ «Новое слово», 2011. С. 166-170.


[1] Статья была опубликована под псевдонимом Антон Крайний.

Категория: Статьи Л.В. Гармаш | Добавил: Lucymonkey7430 (14.11.2013)
Просмотров: 615 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]